Я должен всё исправить

Было воскресенье. Семен Владимирович достал и осмотрел свой серый костюм. Пиджак был не помят, а вот брюки нужно было погладить. Тихонов решил немного поработать утюгом. Пройдясь по штанинам, он принялся за рубашку. Семен Владимирович выбрал голубую. Она хорошо смотрелась в сочетании с темно-синим с косыми белыми линиями галстуком.

Григорий, крутился тут же. Он заинтересовался, куда это дядя собирается. На его вопрос Семен Владимирович ответил:

—Пойду завтра устраиваться на новую работу!

—Это хорошо, — сказал племянник. — Я тоже, как только окончу сессию пойду с товарищем работать на фасовку. Вот только жалко, что деньги мне дают маленькие!

—Мне, тоже! — сказал Тихонов.

Готовился Семен Владимирович к завтрашнему дню с особой тщательностью. В уме он проигрывал все возможные ситуации и осмысливал ответы на те или иные вопросы. Завалившись в постель, спал Тихонов неспокойно, а, поднявшись утром чуть свет, засобирался на завод.

Предприятие находилось недалеко от дома. Тихонов решил пройтись. Скоро он оказался у трехэтажного раскинувшегося в зелени деревьев длинного здания. Центральный вход выделялся. Перед ним располагалась клумба с красными странными цветами. Семен Владимирович такие, не знал. Он, обогнул ее и через стеклянные большие двери, вошел в здание. Тихонову нужно было одолеть большой коридор. На второй этаж, где находился кабинет главного технолога, вела широкая лестница.

—Ну, — подумал Семен Владимирович, — как там сказал Игорь Константинович: «Чтоб тебе не дна не покрышки», — нет как-то иначе, а, — вспомнил Тихонов, — «ни пуха ни пера». Я ему ответил: «спасибо». Он настоял и потребовал послать себя «к черту».

Странно, как он узнал. Я ведь скрывал от него. Мне хотелось рассказать о своем трудоустройстве, как о свершившемся факте. Возможно, Григорий перед тем, как уйти к себе в общежитие, зашел к нему и рассказал.

Ладно, не беда. За то сестра Анна будет удивлена тем, что наконец ее брат бросил заниматься никчемным делом — наукой и работает на заводе. Она должна была в ближайшее время приехать в гости. Правда, задерживаться Анна не собиралась. Ее конечный путь — был родной дом.

Семен Владимирович неторопливо подошел к охраннику:

—Извините, мне нужно пройти к Главному технологу!

—Выйдите в коридор, — сказал охранник, там есть телефон, позвоните ему. Пусть он за вами придет.

Последний раз, когда он был у Соловьева, его пропустили без всякого, даже не потребовали паспорт. Все зависело от того, кто стоял на проходной.

—Хорошо, — ответил Тихонов.

Анатолий Иванович не заставил себя ждать. Он быстро спустился по лестнице и, сообщив охраннику: —«этот товарищ со мной», —увлек Семена Владимировича за собой. У него была торопливая походка. Она не сочиталась с его крупным шагом. Тихонов с трудом поспевал следом за Соловьевым. Они одолели темный длинный коридор. Анатолий Иванович хорошо ориентировался. Он в полутьме легко и быстро определил, где из множества оббитых черным дерматином дверей, его. Резко повернувшись, Соловьев открыл кабинет и пригласил Тихонова войти.

Помещение, которое занимал Главный технолог, было большое, сорок — сорок пять квадратных метров. Мебель в нем стояла еще с восьмидесятых годов. Шкаф для одежды, другой для документов, несколько столов и с десяток стульев — все это было основательно изношено. Главный технолог, указав Тихонову рукой на стулья, выстроившиеся с двух сторон столов, прижавшихся торцами друг к другу, сам уселся за двух тумбовый стол, тем самым как бы возглавив это мероприятие. Некоторое время он молчал, пока Тихонов выбирал место и усаживался, затем, сдвинув в сторону телефоны и папки с бумагами, приступил к делу.

—Семен Владимирович! Я не хотел с вами разговаривать по телефону. Мне не удалось пробить штатную единицу заместителя главного технолога. И не знаю, когда это будет возможно. Однако не все потеряно. Сейчас у нас на заводе вплотную приступили к решению проблемы по сертификации продукции. Когда-то этим пытались заниматься. Но началась перестройка и забросили. А сейчас вот — наиглавнейшая задача. Она связана с вступлением нашей страны в ВТО. Из министерства уже пришла бумага об образовании подразделения: группы, сектора или отдела по сертификации, не знаю, как решить директор. Сейчас этим занимаюсь я. Кое-что нам уже удалось сделать. — Анатолий Иванович замолчал, подбирая слова, а затем продолжил:

—Я, конечно, хотел бы спихнуть с себя этот груз и передать его в службу, занимающуюся качеством. Так оно и будет. Вопросы качества вам известны. Вы ученый, а ученого качество продукции всегда волновало, и будет волновать. Поэтому я предлагаю вам подумать, и скажем дня через три дать мне ответ. Главный инженер меня попросил подыскать кандидатуру. Я выбрал вас.

—Ну, я же этим делом не занимался, — ответил Тихонов, поерзав на стуле.

—Понимаю! — сказал Соловьев. — И я тоже этим не занимался. Чтобы разобраться, я прошел курсы.

Вас Семен Владимирович мы также направим на курсы. Подучитесь. Не Боги горшки обжигают!

—Хорошо! — ответил Тихонов. — Значит через три дня, я прихожу к вам и даю ответ. Да, или нет.

—Верно! — Главный технолог встал и вышел из-за стола. Семен Владимирович тоже поднялся.

—Ну счастливо, — сказал Анатолий Иванович, протягивая Тихонову руку, — я жду вас. С этой работой вы справитесь. Она интересная. Скучать у нас на заводе вам не придется.

Соловьев, как в воду смотрел, его слова сбылись, стоило Тихонову согласиться, как начались проблемы. В НИЦе его уволили быстро. «Кадровичка» прежде чем начать оформление документов очень настоятельно попросила Семена Владимировича точно узнать дату, когда он приступит к работе на новом месте.

—Сейчас, законы так быстро меняются, — сказала она, — поэтому лучше, чтобы у вас не было ни какого перерыва.

Тихонов с этим вопросом вышел к Соловьеву. Тот пригласил его к себе и повел к заместителю директора по качеству.

Служба качества находилась в небольшом трехэтажном здании.

Главный технолог долго вел Семена Владимировича по территории завода, петляя словно заяц:

—Этот путь самый короткий, который я вам показываю, самый короткий, запоминайте,— сказал Анатолий Иванович, — хотя, он вам может и не пригодиться. Ваше подразделение, возможно, разместят в заводоуправлении.

Кабинет заместителя директора по качеству был расположен на третьем этаже. Поднявшись по ступеням и пройдя по узкому коридору, Анатолий Иванович толкнул тяжелую широкую дверь. Когда Тихонов, следуя по пятам главного технолога вошел в помещение перед его глазами предстал седовласый, добродушный, пожилой мужчина.

—Знакомьтесь Константин Васильевич, это наш новый сотрудник он будет заниматься вопросами сертификации продукции на заводе. Я его рекомендую. Вы с ним когда-то встречались. Давно. Он, работал у нас на заводе по договору — внедрял свою новую технологию. Прошу любить и жаловать. — Он подождал немного и затем засобиравшись сказал:

—Ну ладно, Семен Владимирович я вас оставляю. Все вопросы теперь будет решать ваш непосредственный начальник. — и махнув рукой Анатолий Иванович ушел.

Тихонов довольно быстро нашел общий язык с Константином Васильевичем. Разговорившись, Семен Владимирович узнал, что они вместе окончили один и тот же институт, правда, его будущий начальник лет на десять раньше его.

—Через неделю, я вас жду у себя, — сказал в заключение беседы заместитель директора и, пожав руку Семену Владимировичу, расстался с ним.

Прошла неделя, и Тихонов с полным набором документов пришел на завод.

Константин Васильевич встретил его приветливо, поздоровался и сообщил:

—Семен Владимирович я оформляю пенсию. Работать я буду, но в качестве начальника отдела технического контроля, поразмыслив, решил свое место оставить. Эту должность я предложил своему заместителю. Он, достаточно молод. Моложе вас. Сейчас я вас с ним познакомлю. Проблем не будет. Вопрос с вашим трудоустройством решен.

Константин Васильевич провел Тихонова к своему заместителю, пока еще заместителю, который в ближайшее время должен был утвержден в новой должности. Документы на него были отправлены в министерство.

Александр Петрович Таракан, так звали этого человека, встретил Тихонова с какой-то непонятной усмешкой, несколько свысока. Он какое-то время что-то выводил на листе бумаги, не обращал внимания не на своего начальника, не на нового с ним человека. Минут через пять Александр Петрович, оглядел их и, не вставая, ответил на приветствие.

—Присаживайтесь! — сказал он. Когда Константин Васильевич стал представлять Семена Владимировича, Александр Петрович нехотя вышел из-за стола. Он был худым и высоким.

При разговоре он сказал Тихонову:

—Семен Владимирович! Может быть вам вначале инженером поработать, а уж потом будет видно.

—Да нет Александр Петрович! Есть уже решение, меня берут на должность начальника отдела. На заводе утверждена такая единица.

—Ну, хорошо, — помявшись, согласился новый будущий заместитель директора завода.

В коридоре Константин Васильевич одобрил несколько приунывшего Тихонова.

—Все будет нормально Семен Владимирович! Молодой оботрется. Но он не угадал. Спокойно себя Тихонов ощутил только тогда, когда Александр Петрович ушел в отпуск.

Тихонов, пока Александр Петрович отдыхал, занялся оформлением документов. Он вначале думал, что все пройдет быстро, но не тут-то было. Дней несколько Семен Владимирович протолкался в заводской поликлинике, проходя медкомиссию. Затем несколько дней ждал встречи с главным инженером. С момента начала мытарств, связанных с трудоустройством и началом его выхода на работу прошла целая неделя.

Первое время Тихонову даже не куда было прислониться. Приютил его Анатолий Иванович, предоставив стол в своем отделе. При этом Главный технолог передал все дела Тихонову. Он долго рассказывал о том, что уже сделано его сотрудниками. Работа была подтверждена документами.

Окунувшись в новое для себя дело, Тихонов подошел к нему как исследователь. Он, прежде всего, разобрал документацию и определил фронт работ. Выписал из нее фамилии всех людей участвовавших в работе. Затем Семен Владимирович стал с ними знакомиться. Это позволило ему лучше понять проблему.

В научно-исследовательском центре он закис. Здесь, на заводе Тихонов почувствовал себя при деле. Работа стала его затягивать. Семен Владимирович через главного инженера получил для работы своего отдела помещение. Сам лично сделал в нем уборку и стал его обставлять мебелью. Начальник хозяйственного цеха жаловалась Семену Владимировичу:

—Нет у нас ничего. Все старье. Вот посмотрите, — сказала она раскрыв перед Тихоновым двери склада. — Мебель эта привезена из министерства. Там в управлении, которое ведает заводами нашей отрасли, делают ремонт и все выбрасывают, а мы пользуемся.

Семен Владимирович долго обходил большое помещение склада, прежде чем что-то выбрал. На следующий день ему дали машину и грузчиков для ее перевозки. Когда он привез выбранную мебель и расставил ее, в комнате, стало уютнее.

Два стола он поставил у окна в виде уголка. Один большой, возможно за ним еще совсем недавно восседал какой-нибудь высокий начальник, он сделал своим рабочим. Столы своих сотрудников, подчиненных, которых Семен Владимирович надеялся в ближайшее время набрать, расставил напротив. Один шкаф для одежды Тихонов разместил у двери. Для документов у стены в глубине комнаты рядом со своим местом.

Старую вывеску, расположенную с правой стороны комнаты Тихонов снял и заказал художнику завода новую. В отделе кадров ему сказали, что штатные единицы отдела утверждены, и он может набирать сотрудников. Одного из них предложил Анатолий Иванович Соловьев. Шамотной, взбалмошный мужчина — пенсионер в прошлом работал в институте, кандидат наук. Тихонов переговорил с ним и согласился взять в отдел.

—Василий Васильевич, — сказал Семен Владимирович бывшему научному сотруднику, — я думаю, проблем с трудоустройством не будет. Выйдет заместитель директора Таракан Александр Петрович, подпишет вам заявление и вы в штате.

Таракан, возвратившись из отпуска, был недоволен. Ему не понравилось, прежде всего, то, что помещение, которое Тихонов выпросил под отдел, находилось не в заводоуправлении. Сам он собирался покинуть здание отдела технического контроля, ему хотелось быть ближе к дирекции. Переехать в заводоуправление Александр Петрович желал вместе с Семеном Владимировичем.

Василий Васильевич его расстроил.

—Что мне делать? Ты доктор! Твой подчиненный кандидат! Все ученые, а мы здесь выходит неграмотные.

Александр Петрович как-то встретившись с Соловьевым Анатолием Ивановичем, когда не далеко находился Тихонов, вдруг ни с того ни с чего завел разговор о специалистах пришедших из институтов. У технолога в отделе был один такой человек.

Тихонова слова Таракана расстроили:

—Ну, как там твой кандидат, наверное, не справляется? — И ехидно заулыбался: — У нас ведь завод. Здесь нужно работать!

—Ну отчего не справляется! Работает хорошо! Ведь все кандидаты и также доктора, до того как пойти работать в институт лет по десять на заводах отработали.

Не ощутив поддержки, Александр Петрович, махнув рукой, сказал:

—Ну ладно я пошел!

После отпуска заместителя директора по качеству жизнь Семена Владимировича изменилась и не только его. Василия Васильевича он взял на работу, хотя и сопротивлялся. Устроиться ему помог технолог, и еще директор завода, Василий Васильевич был с ним знаком. Чтобы показать себя Таракан сказал Тихонову:

—Ладно, пусть годик поработает! Больше я ему не позволю.

Семен Владимирович не понимал, чего добивался Таракан.

—Зачем — думал он, — нужно держать всех своих сотрудников в напряжении, выказывая свою значимость?

Однажды начальник технического контроля Константин Васильевич на недельку отпросился у директора завода, чтобы покопаться на даче и немного отдохнуть. Едва он ушел, как у него за спиной Таракан провернул дельце.

Предприятие, так как оно было государственным, работало по плану. Чтобы отчитаться за план директор попросил Александра Петровича подумать, что можно сделать, чтобы закрыть месячную программу по одной из позиций, которую завод не выполнял.

Таракан тут же пришел на выручку директору и сказал, что он может оформить бумаги на отпуск продукции в таком количестве, которое необходимо для завода. При отправке продукции часто бывали задержки и недостаток можно было покрыть несколько днями позже.

Возвратившись на работу, Константин Васильевич сразу же заметил аферу своего бывшего заместителя, того которому он отдал свою должность. Семену Владимировичу он после не раз говорил:

—Да опрометчиво я поступил! Но поймите, не мог иначе, согласно нового штатного расписания, я должен был, отдать в распоряжение Таракана отдел технического контроля. Он бы его сгубил. Отдел — это мое детище. Я в нем еще когда-то начинал работать контролером.

Может быть Константин Васильевич был и прав: относиться так к работе, как делал Александр Петрович нельзя было.

В тот же день начальник технического контроля выгнал Таракана из кабинета, который он временно занимал.

—У тебя должен быть свой. Мне каждое помещение дорого. Вот так.

Александр Петрович желавший иметь кабинет в заводоуправлении тут же пришел со своими бумагами к Тихонову и попытался забрать у него стол.

—Ты, Семен Владимирович, пока посиди возле Василия Васильевича. Скоро мы переедим. У тебя будет отдельный кабинет.

Обидевшись на Константина Васильевича, Таракан долго жаловался:

—Я не потерплю к себе такого отношения. Кто он? Всего лишь начальник отдела, а я? — Помолчал и дополнил важно с жесткой нотой в голосе:

—Я, заместитель директора по качеству.

Однако поддержки он не нашел ни у Семена Владимировича, ни у Василия Васильевича. Они, когда он изливал свою душу, молчали или же делали небольшие замечания, из которых явствовало, что позиция Константина Васильевича им более понятна, чем его.

Таракан был злопамятным. Как вода точит камень, он принялся изо дня в день доставать Константина Васильевича. Александр Петрович чувствовал силу. На его стороне был директор. Он ведь ему помог, сделал так называемое «доброе дело». Хотя какое это доброе дело? Начальник технического контроля знал, что могло произойти в будущем. Он, не долго думая, написал докладную записку и полностью снял с себя ответственность за содеянное Александром Петровичем. Таракан в свою очередь добился того, что директор вызвал Константина Васильевича на ковер. Долго Константин Васильевич отбивался.

—Я понимаю, — сказал он директору нужно выполнять план, но не такой же ценой. Недостающая продукция будет отгружена без контроля. Вот он этот контролер сидит перед вами, — начальник отдела показал пальцем на Таракана, — он уже дал добро.

—Ну, что вы, такого не будет, сказал директор.

—Хорошо! Если так! — сказал Константин Васильевич. Помолчал, затем продолжил: Пусть тогда он за этим и следит, но не я. Ответственность я с себя снял. Я все сделал по закону!

Таракан ушел от директора вне себя. Работников пенсионеров на заводе было много. Средний возраст составлял пятьдесят-шестьдесят лет. Директор сам тоже был не молодым. Константин Васильевич выиграл сражение. Пенсионер, новоиспеченному начальнику оказался не по зубам. Однако Александр Петрович, толкаясь в коридорах заводоуправления, своим знакомым о Константине Васильевиче говорил:

—Или я или он!

Тихонова он не трогал. Возможно, еще не пришло время.